Согласие на использование cookies

Этот сайт использует файлы cookie для улучшения пользовательского опыта и анализа трафика на основании Федерального закона «О персональных данных» от 27.07.2006 № 152-ФЗ. Продолжая использование сайта, вы соглашаетесь на использование файлов cookie в соответствии с нашей Политикой обработки персональных данных. Вы можете настроить свой браузер для отказа от файлов cookie, но это может повлиять на функциональность сайта. При несогласии - покиньте сайт

Самое главное – вкладывать душу

В Большом зале Санкт-Петербургской филармонии 23 апреля состоится концерт, приуроченный к 40-летию художественного руководства народного артиста СССР Александра Дмитриева Академическим симфоническим коллективом (АСО). В преддверии юбилейного концерта нам удалось пообщаться с Александром Сергеевичем, отмечающим в этом году еще и 50-летие своей работы в филармонии.

— Александр Сергеевич, исполнилось 50 лет с тех пор, как Вы первый раз выступили в Большом зале филармонии и начали свою славную дирижерскую карьеру. Но впервые Вы встали за дирижерский пульт публично в Малом зале. Расскажите, как это произошло.

— Это был экзамен по случаю окончания аспирантуры у Николая Семеновича Рабиновича. Мне повезло: 7 мая 1961 г. зал был свободен, и его предоставили консерватории. Экзамены вне стен консерватории были очень редким явлением. Концерт был в двух отделениях: я дирижировал в первом, а во втором играли студенты, отличившиеся своими успехами. Исполнялся фортепианный концерт №1 Рахманинова, в котором солировала Екатерина Мурина, ныне профессор конcерватории, «Послеполуденный отдых фавна» Дебюсси и два отрывка из музыки к кинофильму «Овод» Шостаковича. Сохранилась афиша этого выступления.

— Александр Сергеевич, вот уже на протяжении 40 лет Вы вместе с АСО. А интересовались ли вы его историей до Вашего прихода?

— Это был оркестр Ленинградского радио, образованный в 1931 году, вслед за оркестром Всесоюзного радио в Москве. Среди дирижеров, которые руководили оркестром, были яркие имена: Рабинович, Элиасберг, А. Янсонс. Появлялись иностранные дирижеры, причем первой величины: О. Фрид, В. Ферреро, и оркестр развивался, работая с ними. Я познакомился с Карлом Ильичом Элиасбергом уже в последний период его деятельности, но оркестранты с eдовольствием рассказывали мне о своей работе с мэтром. Он был требовательным к себе и того же ждал от музыкантов. Элиасберг обладал каллиграфическим почерком, прекрасно играл на скрипке и, придавая большое значение штрихам струнных, собственноручно вносил их в оркестровые партии таким образом, что их нельзя было отличить от печатных. Мой педагог Н.С. Рабинович не был таким педантом, но их роднило потрясающее знание классики. Когда мы занимались в классе, он садился за рояль и наизусть играл фрагменты из симфоний и опер. Работая с оркестром, он любил поговорить с музыкантами, сдабривая общение шутками, зачастую весьма острыми. Все знали, что он — кладезь знаний, и каждый хотел что-нибудь от него узнать — именно поэтому он никогда не приходил в консерваторский класс вовремя: все его по дороге останавливали и расспрашивали. Арвид Янсонс был шефом недолго, совмещая этот пост с должностью дирижера Заслуженного коллектива России. Его сменил Ю.Х. Темирканов, с приходом которого наступил длительный и успешный период активной гастрольной деятельности коллектива. Оркестр начинает выезжать за рубеж и получает международную известность.

— А как Вы сами выстраиваете свои отношения с музыкантами оркестра?

— Взаимоотношения складываются сами, иногда долго, иногда спонтанно, как это произошло, например, с Андре Клюитансом — дирижером, обладавшим французским шармом и редким обаянием. Так, артисты Заслуженного коллектива России в перерывах между репетициями не хотели покидать сцену, желая пообщаться с маэстро, и не отпускали его. Меня это удивило, и я понял, что человеческие взаимоотношения важнее жесткой дисциплины. Вот ответ на вопрос, должен ли быть дирижер диктатором. Диктатура вредна, особенно в музыке, и сейчас ее время уже прошло.

— А что Вашему оркестру интереснее исполнять: классику, уже отточенную десятилетиями, или новую музыку?

— Мы играем много новой музыки, ведь мы должны поддерживать наших молодых композиторов, хотя делать это не всегда легко. Что касается классики, очень многое зависит от того, кто за пультом. Если дирижер привносит свое понимание, вкладывает свою душу в произведение, а не снимает копию с пластинки, то это уже интересно.

— 40 лет сотрудничества с АСО: какие плюсы и минусы у столь долгих отношений?

— Главный плюс очевиден — я знаю каждого музыканта, знаю, что он может, хотя иногда он (или она) даже и не подозревает об этом. А минус — то, что теперь, зная каждого артиста в лицо и по имени, видишь, что «иных уж нет, а те далече». Правда, не очень далеко, а в Заслуженном коллективе России, там сейчас около трети наших музыкантов, причем, конечно, туда берут лучших. C`est la vie. В программе юбилейного вечера: Увертюра из оперы «Руслан и Людмила» Глинки, Девятая симфония Шостаковича и редко исполняемая Вторая симфония Рахманинова.

Галина Беседкина

Infoskop

Вернуться в список

Большой зал:

191186, Санкт-Петербург, Михайловская ул., 2
+7 (812) 240-01-00, +7 (812) 240-01-80

Малый зал:

191011, Санкт-Петербург, Невский пр., 30
+7 (812) 240-01-00, +7 (812) 240-01-70

Напишите нам:

MAX

Часы работы кассы Большого зала: с 11:00 до 20:30
Перерыв с 15:00 до 16:00

Часы работы кассы Малого зала: с 11:00 до 19:00
Перерыв с 15:00 до 16:00
Вопросы направляйте на ticket@philharmonia.spb.ru

Создание сайта — Интернет-Технологии, 2016 год

СМИ о нас