Ïðåïîäàâàòåëü èñòîðè÷åñêîãî òàíöà Ìîñêîâñêîé ãîñóäàðñòâåííîé êîíñåðâàòîðèè èìåíè Ï.È. ×àéêîâñêîãî. Õóäîæåñòâåííûé ðóêîâîäèòåëü Àíñàìáëÿ ñòàðèííîãî òàíöà “Time of dance”. Îêîí÷èëà Ìîñêîâñêóþ ãîñóäàðñòâåííóþ àêàäåìèþ õîðåîãðàôèè, à òàêæå áàëåòìåéñòåðñêîå îòäåëåíèå Ðîññèéñêîé àêàäåìèè òåàòðàëüíîãî èñêóññòâà. Çàíèìàëàñü æèâîïèñüþ â ìàñòåðñêîé Â.Ñ. Àëôååâñêîãî. Èçó÷àëà èñòîðè÷åñêèé òàíåö íà ìàñòåð-êëàññàõ Þ. Øðàïå, Á. Ñïàðòè, Ì.-Ê. ëå Êîðð, Ã. Äæîðäàíî, Ä. Êîðàíòî, Á. Ñåãàë, À. Åïåñ, êîìåäèþ äåëü àðòå – ó Á. Ãðýíòõåìà.

Íàòàëèÿ Êàéäàíîâñêàÿ ïîëó÷èëà äèïëîì çà ïîñòàíîâêó õîðåîãðàôè÷åñêèõ íîìåðîâ íà Âñåðîññèéñêîì êîíêóðñå àðòèñòîâ ýñòðàäû. Òàíöåâàëà â Áîëüøîì òåàòðå. Áûëà ÷ëåíîì Ìîëîäåæíîãî îáúåäèíåíèÿ Ñîþçà õóäîæíèêîâ Ðîññèè.

 êà÷åñòâå õîðåîãðàôà-ïîñòàíîâùèêà è õîðåîãðàôà-ðåêîíñòðóêòîðà ïðèíèìàëà ó÷àñòèå â òàêèõ ìóçûêàëüíûõ è òåàòðàëüíûõ ôåñòèâàëÿõ, êàê «Ìîñêîâñêîå äåéñòâî», Ìåæäóíàðîäíûé ôåñòèâàëü èñêóññòâ «Øåðåìåòåâñêèå ñåçîíû», ôåñòèâàëü ñòàðèííîãî òàíöà â Ñàíêò-Ïåòåðáóðãå, «Àíòèêâàðèóì», «Êîðíè è Êðîíà», Ìåæäóíàðîäíûé ôåñòèâàëü ñòàðèííîé êóëüòóðû â Ìàëüáîðãå, ôåñòèâàëü ïðèäâîðíûõ òàíöåâ «Cracovia Danza» (Êðàêîâ), «Òåàòðàëüíûå äíè Êàðôàãåíà», «Âûêñà-ôåñòèâàëü» è äðóãèõ. Ñîâìåñòíî ñ Á. Ñåãàë îñóùåñòâèëà ïîñòàíîâêó «Ìàñêà Âðåìåíè» íà ôåñòèâàëå “Renaissance”.   

Ïåðåâåëà​ òðàêòàò 1700​ ãîäà Ð.-Î. Ô¸éå «Õîðåîãðàôèÿ, èëè èñêóññòâî çàïèñè òàíöà».

ßâëÿÿñü ñïåöèàëèñòîì ïî èñòîðè÷åñêîìó òàíöó, Íàòàëèÿ Êàéäàíîâñêàÿ ïðîâîäèò ìàñòåð-êëàññû. Õîðåîãðàô-ðåêîíñòðóêòîð â ñïåêòàêëå «Ìåñü¸ Ô¸éå è ñòàðèííûé òðàêòàò» â Ìîñêîâñêîì àêàäåìè÷åñêîì Ìóçûêàëüíîì òåàòðå èìåíè Ê.Ñ. Ñòàíèñëàâñêîãî è Âë.È. Íåìèðîâè÷à-Äàí÷åíêî.

ìàé 2025